Неточные совпадения
Тут голова старухи клонилась к коленям, чулок выпадал из рук; она теряла из
виду ребенка и,
открыв немного рот, испускала легкое храпенье.
Поступая в познании естества,
откроют, может быть, смертные тайную связь веществ духовных или нравственных с веществами телесными или естественными; что причина всех перемен, превращений, превратностей мира нравственного или духовного зависит, может быть, от кругообразного
вида нашего обиталища и других к солнечной системе принадлежащих тел, равно, как и оно, кругообразных и коловращающихся…
— Messieurs, venez vite! [Господа, идите скорее!] — послышался голос возвратившегося Весловского. — Charmante! [Восхитительна!] Это я
открыл. Charmante, совершенная Гретхен, и мы с ней уж познакомились. Право, прехорошенькая! — рассказывал он с таким одобряющим
видом, как будто именно для него сделана она была хорошенькою, и он был доволен тем, кто приготовил это для него.
«Уж не несчастье ли какое у нас дома?» — подумал Аркадий и, торопливо взбежав по лестнице, разом отворил дверь.
Вид Базарова тотчас его успокоил, хотя более опытный глаз, вероятно,
открыл бы в энергической по-прежнему, но осунувшейся фигуре нежданного гостя признаки внутреннего волнения. С пыльною шинелью на плечах, с картузом на голове, сидел он на оконнице; он не поднялся и тогда, когда Аркадий бросился с шумными восклицаниями к нему на шею.
Ехали в тумане осторожно и медленно, остановились у одноэтажного дома в четыре окна с парадной дверью; под новеньким железным навесом, в медальонах между окнами, вылеплены были гипсовые птицы странного
вида, и весь фасад украшен аляповатой лепкой, гирляндами цветов. Прошли во двор; там к дому примыкал деревянный флигель в три окна с чердаком; в глубине двора, заваленного сугробами снега, возвышались снежные деревья сада. Дверь флигеля
открыла маленькая старушка в очках, в коричневом платье.
Отсутствие Григория Григорьевича заметно было во всем. Хозяйка сделалась словоохотнее и
открывала сама, без просьбы, множество секретов насчет делания пастилы и сушения груш. Даже барышни стали говорить; но белокурая, которая казалась моложе шестью годами своей сестры и которой по
виду было около двадцати пяти лет, была молчаливее.
И, нагнувшись над ним в умилении, она поцеловала его лоб. Калганов в один миг
открыл глаза, взглянул на нее, привстал и с самым озабоченным
видом спросил: где Максимов?
Открыла другой футляр, побольше — там серьги. Она вдела их в уши и, сидя в постели, тянулась взглянуть на себя в зеркало. Потом
открыла еще два футляра и нашла большие массивные браслеты, в
виде змеи кольцом, с рубиновыми глазами, усеянной по местам сверкающими алмазами, и сейчас же надела их.
Когда он
открывал глаза утром, перед ним стоял уже призрак страсти, в
виде непреклонной, злой и холодной к нему Веры, отвечающей смехом на его требование
открыть ему имя, имя — одно, что могло нанести решительный удар его горячке, сделать спасительный перелом в болезни и дать ей легкий исход.
Мы как-то
открыли на лестнице небольшое отверстие, падавшее прямо в его комнату, но и оно нам не помогло; видна была верхняя часть окна и портрет Фридриха II с огромным носом, с огромной звездой и с
видом исхудалого коршуна.
— А как же, — отвечал Артемий. — Есть клады, самим Господом положенные, — те даются человеку, кого Бог благословит… А где, в котором месте, те Божьи клады положены, никому не ведомо. Кому Господь захочет богатство даровать, тому тайну свою и
откроет. А иные клады людьми положены, и к ним приставлена темная сила. Об этих кладах записи есть: там прописано, где клад зарыт, каким
видом является и каким зароком положен… Эти клады страшные…
Он кончил очень некрасной долей, растратив весь свой наследственный достаток. На его примере я тогда еще отроком, по пятнадцатому году, понимал, что у нас трудненько жилось всем, кто шел по своему собственному пути, позволял себе ходить в полушубке вместо барской шубы и
открывать у себя в деревне школу, когда никто еще детей не учил грамоте, и хлопотать о лишних заработках своих крестьян, выдумывая для них новые
виды кустарного промысла.
При мне он приехал"с маменькой"на новое житье уже магистром, человеком под сорок (если не за сорок) лет, с лысой, характерной головой, странного
вида и еще болев странных приемов, и в особенности жаргона. Его"маменька"
открыла у себя приемы, держала его почти как малолетка, не позволяла даже ему ходить одному по улицам, а непременно с лакеем, из опасения, что с ним сделается припадок.
В конце письма «вельможа» с большим вниманием входит в положение скромного чиновника, как человека семейного, для которого перевод сопряжен с неудобствами, но с тем вместе указывает, что новое назначение
открывает ему широкие
виды на будущее, и просит приехать как можно скорее…
Она закрыла глаза и пробыла так несколько минут, потом
открыла их, оглянулась вокруг, тяжело вздохнула и тотчас приняла обыкновенный, покойный
вид. Бедняжка! Никто не знал об этом, никто не видел этого. Ей бы вменили в преступление эти невидимые, неосязаемые, безыменные страдания, без ран, без крови, прикрытые не лохмотьями, а бархатом. Но она с героическим самоотвержением таила свою грусть, да еще находила довольно сил, чтоб утешать других.
Несмотря на лечение двух городских врачей, приглашенных князем на помощь жившему в имении княжескому доктору, больная не перенесла пятнистого тифа и отдала Богу душу, не благословив даже дочь и не
открыв ей тайны ее рождения, так как в
виду заразительности болезни Марьи Астафьевны, Шуру, по распоряжению князя, перевели на его половину и не пускали к больной.
«Разрешаю Вам и благословляю Вас действовать. Старайтесь токмо держаться в законной форме. Вы, как писали мне еще прежде, уже представили о Ваших сомнениях суду; но пусть Аггей Никитич, имея в
виду то, что он сам
открыл, начнет свои действия, а там на лето и я к Вам приеду на помощь. К подвигу Вашему, я уверен, Вы приступите безбоязненно; ибо оба Вы, в смысле высшей морали, люди смелые».
— Да собственного-то
виду у него, может быть, и не было!.. Он, может быть, какой-нибудь беглый!.. Там этаких господ много проходит! — объяснил, в свою очередь, тоже довольно правдоподобно, Сверстов. — Мне главным образом надобно узнать, из какого именно города значится по паспорту господин Тулузов… Помнишь, я тогда еще сказал, что я, и не кто другой, как я,
открою убийцу этого мальчика!
— Я вам должна признаться, у меня тогда, еще с самой Швейцарии, укрепилась мысль, что у вас что-то есть на душе ужасное, грязное и кровавое, и… и в то же время такое, что ставит вас в ужасно смешном
виде. Берегитесь мне
открывать, если правда: я вас засмею. Я буду хохотать над вами всю вашу жизнь… Ай, вы опять бледнеете? Не буду, не буду, я сейчас уйду, — вскочила она со стула с брезгливым и презрительным движением.
— В пьяном
виде Липутину. Липутин изменник. Я
открыл ему сердце, — прошептал бедный капитан.
Она не ложилась спать всю ночь и едва дождалась утра. Лишь только больной
открыл глаза и пришел в память (он всё пока был в памяти, хотя с каждым часом ослабевал), приступила к нему с самым решительным
видом...
Пришел домой. Развернул. Вот радость! Большая зеленая коробочка с альпийским
видом и в ней что-то еще.
Открываю — другая коробочка, красная, на картинке два кролика. В ней — синяя, с девочкой. Еще и еще, все меньше, — так всего восемь коробочек!
А он все с аглицкой, ученой точки берет, и не поверил; говорит: «Ну, если ты не хочешь так, в своем
виде,
открыть, то давай с тобою вместе ром пить».
Луша слушала эту плохо вязавшуюся тираду с скучающим
видом человека, который знает вперед все от слова до слова. Несколько раз она нетерпеливо откидывала свою красивую голову на спинку дивана и поправляла волосы, собранные на затылке широким узлом; дешевенькое ситцевое платье красивыми складками ложилось около ног,
открывая широким вырезом белую шею с круглой ямочкой в том месте, где срастались ключицы.
Я
открыл карты без всякого интереса к игре, проиграл пяти трефам Стерса и отказался играть дальше. Галлюцинация — или то, что это было, — выключило меня из настроения игры. Андерсон обратил внимание на мой
вид, сказав...
Пастухов при своем «Московском листке» начал выпускать ради выставки, в
виде бесплатного приложения к газете, иллюстрированный журнал «Колокольчик», а редактор «Русского курьера» Ланин
открыл на выставке павильон «шипучих ланинских вод», и тут же в розницу продавал свой «Русский курьер».
Как-то Бурлак и я отправились к Илькову по неотложному репертуарному делу, но не застали его дома. Вася предложил нам чай и налил по стакану. Я взял стоявшую на столе зеленую стеклянную сахарницу, хотел ее
открыть, но Вася схватил меня за руку и закричал с испуганным
видом...
Все эти подробности я сообщил сестре, пусть канцелярия читает и бесится губернатор. Я рассказал это в
виде шутки и довольно удачно. Кажется, он надеялся
открыть какую-нибудь важную тайну — а ларчик просто открывался.
— С этим надо примириться… Однако, чтобы это имело
вид самоубийства, пошли побольше цветов… От их естественного запаха также умирают…
Открыть же присутствие моего снадобья невозможно…
В
видах подготовления к этому ответственному посту я серьезно занялся пробелами своего образования, причем
открыл целые пропасти самого возмутительного неведения.
По небу проходили большие облака и то
открывали, то закрывали солнце, отчего панорама принимала то веселый, то мрачный
вид, сообразно с этим вселяя в нас то надежду, то сомнение.
Через каких-нибудь полчаса все было приведено в такой
вид, что ни один самый зоркий глаз не
открыл бы следов произведенной работы.
— Эге, да мальчонка-то отошел, — услышала я грубый голос над собою и,
открыв глаза, встретилась взглядом с высоким, мрачного
вида горцем.
Первое дыхание весны всех так и подмывало. Очухавшийся Мыльников только чесал затылок, соображая, сколько стравил за зиму денег по кабакам… Теперь можно было бы в лучшем
виде свои работы
открыть в Кедровской даче и получать там за золото полную цену. Все равно на жилку надеяться долго нельзя: много продержится до осени, ежели продержится.
Они нагнали шагавшего по дороге Кишкина уже в
виду Тайболы, где сосновый бор точно расступался,
открывая широкий
вид на озеро. Кишкин остановился и подождал ехавших верхом родственников.
Он
открыл, что одуряющий аромат несся из зажженной курильницы, стоявшей на высокой тумбе черного дерева. Курильница имела
вид древней урны.
Но сделай милость, брат, оставь ты
вид свой грозный,
И я
открою пред тобой
Все таинства премудрости земной.
Разорванные в нескольких местах порывами ветра, они точно обрушились, но остановленные посреди падения, мигом превратились в груды фантастических развалин, которые продолжали двигаться, меняя с каждою секундой свой цвет, величину и очертание: то падали они друг на дружку, смешивались, растягивались тяжелыми закругленными массами и принимали
вид исполинских темно-синих чудовищ, плавающих по разъяренному морю; то росли, вздымались, как горные хребты, и медленно потом расходились,
открывая глубокие долины и пропасти, на дне которых проносились клочки других облаков; то снова все это смешивалось в один неопределенный хаос, полный страшного движения…
Насмешкой — скромность побеждать
И, побеждая,
вид покорный
Хранить; иль весь огонь страстей
Мгновенно
открывать пред ней!
Ровно в одиннадцать часов лакей, с таким же важным
видом, как и его хозяин,
открывал обе половинки дверей, ведущих в столовую, и докладывал, что чай подан.
С помощью Тита, который отнесся с несколько ироническим интересом к моему новому знакомству, мне удалось придать себе довольно приличный
вид, и ровно в восемь часов я встретился с Урмановым у генеральской калитки. Тит, последовавший за мной на некотором расстоянии, прошел мимо и скроил уморительную гримасу, отчего мне стало неловко и смешно. Я готов был ретироваться, но было поздно: камердинер с военной выправкой уже почтительно
открыл дверь, и мы вошли…
Вместо ожерелья, на черной ленте, перевязанной около шеи, висел золотой крест, падавший на грудь, которую
открывала несколько, в
виде сердца, белая косынка.
В минуты сердечного излияния (надобно знать, что и дипломаты проговариваются)
открыл и он баронессе, что имеет в Лифляндии поверенного умного, тонкого, всезнающего, который, под
видом доброжелательства Паткулю, ведет с ним переписку, дает ему ложные известия о состоянии шведского войска и между тем уведомляет своего настоящего доверителя о действиях русских.
Хоть и случалось, правда, что она
открывала мне подчас, как бы невольно, свое сердце; но я заметил, что часто, да почти и всегда, после этих открытий или в смех обратит все сказанное, или запутает и с намерением придаст всему ложный
вид.
Заветная цель американского атлета — скопить свои пятьдесят тысяч долларов, тотчас же после этого разжиреть, опуститься и
открыть где-нибудь в Сан-Франциско кабачок, в котором потихоньку от полиции процветают травля крыс и самые жестокие
виды американского бокса.
На селе, видимо, ждали. Кабатчики чистились и старались сообщить своим выставкам изящный
вид. Однажды, проходя мимо меня, кабатчик Прохоров (он же по воскресеньям и праздникам
открывал у себя сельский танцкласс) бойко приподнял картуз и поздравил...
Бенни тоже был, разумеется, призван в следственную комиссию, и на вопросы, сделанные ему насчет указанного Ничипоренком проезда г-на Кельсиева через Петербург с паспортом Яни, крепко-накрепко заперся, хотя следователи и убеждали Бенни не запираться, выставляя ему на
вид, что это уже бесполезно, потому что Ничипоренко все расписал, но Артуру Бенни казалось, будто его выпытывают, что у членов комиссии есть только подозрение, что г-н Кельсиев проезжал через Петербург, но достоверных сведений об этом нет, а потому Бенни и не видал побудительных причин
открывать это «событие».
Галактионовна делала
вид, что ничего не слыхала, садится где-нибудь в уголок, закрывает рот рукой и каким-нибудь самым невинным вопросом или замечанием
открывала свою убийственную атаку; Мухоедов по опыту знает, что Галактионовна пришла неспроста, и всеми силами старается навести ее на суть дела.
Герой мой не нашел, что отвечать на этот вопрос. Говоря о препятствии, он имел в
виду весьма существенное препятствие, а именно: решительное отсутствие в кармане презренного металла, столь необходимого для всех романических предприятий; но, не желая покуда
открыть этого Варваре Александровне, свернул на какое-то раскаяние, которого, как и сам он был убежден, не могла бы чувствовать ни одна в мире женщина, удостоившаяся счастья сделаться его женою.
А особливо бровь, бровь в лице
вид открывает, и потому надо, чтобы бровочки у женщины не супились, а были пооткрытнее, дужкою, ибо к таковой женщине и заговорить человеку повадливее, и совсем она иное на всякого, к дому располагающее впечатление имеет.